Блеск и нищета Кемери

Святые источники Кемери, используемые в народной медицине, были известны врачам уже во второй половине 18 века, когда в лечебных целях сюда приезжали страдающие различными недугами представители высшего общества Курземе. Их принимали лесники, в чьих домах можно было пожить и принимать лечебные ванны из болотных источников.

Остзейский Пятигорск

В начале  XX столетия поезда из Москвы шли не до Риги, а до Кемери. А называли тогда курорт  «Остзейский Пятигорск».

Вот что писал московский литератор Сергей Филиппов, отдыхавший на Рижском взморье в 1890-х:

«Риго-Тукумская железная дорога привезет вас в Кеммерн, отстоящий от Дуббельна (Дубулты – автор) в 18 верстах. Кеммерн считается Остзейским Пятигорском, только холодным…Кеммерн уже значительно отошел от залива. Он расположен в лесу и на таком сыром грунте, что по вечерам вы чувствуете влажность на вашем платье. Правда, его теперь осушают и довольно успешно…

В 1891 году Кеммернские серные воды испытали коренную реформу в своем управлении. Бывшая до сих пор чисто немецкая администрация вод, так называемая комиссия, была упразднена и управление вверено, по примеру Липецких и Старо-Русских вод, одному лицу  — директору врачу, назначаемому медицинским департаментом министерства внутренних дел. Таким директором состоит ныне Кулябко-Корецкий. Нужно отдать ему справедливость: за сравнительно короткий промежуток времени он многое успел сделать в Кеммерне, многое упорядочить. Немцы, собственно немецкие бароны, посмотрели на это косо и перестали сюда ездить. Кеммерн, конечно, от этого много не потерял, даже, пожалуй, выиграл: его стала посещать более демократическая публика, для которой он, разумеется, и нужен…»

В кемерском парке и сегодня можно увидеть символическое дерево, на котором высечены имена всех руководителей курорта далеких лет. Есть на нем и имя Кулябко-Корецкого. В  1904-м его сменил  профессор Александр Лозинский, который уже в советское  время  возглавил не Остзейский Пятигорск, а  настоящий,  где  работал до начала 1960-х годов.

Москва — Кеммерн

История Кемери связана не только с русскими врачами. Названием курорт обязан лесничему Кеммерсу, в домике которого в далеком 18-м веке остановились первые пациенты. Сульфатно-кальциевую воду с болотистых источников им приносили ведрами. В 1801 году рижский химик Ловиц провел первый химический анализ кемерских вод и объявил, что они врачуют десятки болячек. На целебные болота поехали  немцы из Риги и  Курляндии. А первое ванное заведение  было основано в 1838-м – Николай I выделил 100 тысяч рублей для создания  лечебницы, да еще 760 гектаров земли – на разбивку парка. Этот год и принято считать датой рождения курорта.

На рубеже XIX-XX веков остзейскую знать  теснят гости из Петербурга и Москвы. Перерывы между процедурами отдыхающие коротают в прогулках по  великолепному парку, разбитому  садовым архитектором Вагнером. В  1893-м для православных гостей построили деревянный храм Петра и Павла – по проекту губернского архитектора В. Лунского. А в 1912-м открылось прямое железнодорожное сообщение – Москва-Кеммерн.

Довоенные времена

В довоенной Латвии развитие курорта не остановилось. В парке построили роскошную гостиницу – «Kemeri», в поселке – симпатичный ресторан и водонапорную башню по проектам известного латышского архитектора Фридриха Скуиньша ( автора рижского  кинотеатра «Splendid Palace» и  Кабинета Министров).

Самым крупным  спортивным событием довоенной Латвии стал шахматный турнир, который прошел именно  в Кемери. На него приехал весь цвет шахматного мира: Сало Флор из Чехословакии,  русский эмигрант  Александр Алехин, выступавший под флагом Франции, эстонец Паул Керес, американец Самуэль Решевский.

Турнир открылся 15 июня 1937 года. Местом для его проведения не случайно выбрали удаленную часть взморья –  годом ранее там открыли один из самых фешенебельных отелей Европы – «Кемери».  Современники сравнивали  здание с «белым пароходом», будто плывущим посредине великолепного парка.  В цокольном этаже  располагались   грязевые ванны, римская баня.  Выше –  великолепный  ресторан,  номера для гостей.   Строительство финансировало государство.

Сумма была кругленькая и по тем временам  – 2, 5 миллиона латов. Здание построили  в рекордные сроки – за три года. Это и понятно – его проектировал Эйжен Лаубе – «придворный архитектор » Карлиса Ульманиса. Газеты называли «Кемери»  «символом Латвии, которым заслуженно гордится вся страна».

Вчера и сегодня

Поступательное движение Кемери продолжилось и после войны. Кемери стали  символом курортной медицины всего Советского Союза.  Как пишет экс-депутат Юрмальской думы  Даце Кезбере в книге «Юрмала. Город у моря», в Кемери было открыто 10 санаториев!  Названия здравниц «Латвия», «Даугава», «Кемери», «Дзимтене» были известны далеко за пределами республики.

Сегодня ничего не напоминает о былой славе курорта: от большинства знаменитых здравниц – руины. А гостиницу в Кемери, которую когда-то называли «белым пароходом» и куда до войны съезжался весь цвет шахматного мира,  юрмальские власти уже лет двадцать обещают отреставрировать. А она все ветшает и ветшает…

В прошлом году, наконец, убрали развалины знаменитого когда-то санатория «Латвия» («Лива»), в которых можно было теперь  только фильмы ужасов снимать. Власти заносят это себе в актив. Ну да, ломать – не строить!

Есть ли какой-то план по возрождению бальнеологической славы курорта? В Юрмальской думе говорят, что все в руках бизнеса – ему решать,  стоит ли возводить лечебницы,  SPA, отели….  Но какой предприниматель в здравом уме будет это делать, увидев, как выглядит Кемери сегодня?  Власти обещают восстановить кемерский парк, водонапорную башню, но когда – тайна за семью печатями.

На память от былого величия остались лишь старые открытки.

Владимир Антонов

 

Добавить комментарий